Древосед

(no subject)

Я не хочу возвращаться в прошлое.
Там темно, холодно, сыро и много обидных слов
Прозвучало в надежде, что всё не по-настоящему...
И слишком мало разбитых голов.
Collapse )
Древосед

Не нравится

Мне не нравится ни одна мысль в голове.
Их не много, и от этого немного грустно.
Текст читают по памяти, но с выражением, вполне.
И умеют себя доходчиво донести даже устно.
Collapse )
Древосед

в прошлом пусто

в прошлом пусто... только я и мои странные мысли
о том, что возвращаться я не хочу.
и снова я там же, перебираю нечетные числа,
потому что четные как будто отпросились к врачу.
Collapse )
Древосед

Что-то грустное

иногда хочется сказать что-то грустное.
а иногда хочется сделать улыбку.
какая сволочь в который раз уже
нашла и мучает золотую рыбку?

вот вроде стараешься, думаешь, не косячишь.
иногда черезчур, но лучше же пере-, чем недо-.
а ощущение - что по кругу, как проклятый,
прибежал туда же, и, офигевший, глазами - в небо
Collapse )
Древосед

(no subject)

Я жду, когда отпустит
Практически всегда
Здесь жаркая погода.
И снова белый в моде,
И ветер, и туманы
В горах, но это тучи
Для города - мы знаем.
Практически всегда
Я жду, когда отпустит.
Collapse )
Древосед

(no subject)

Странности жизни.
Одни и те же ситуации,
И ощущение, что совершенно не поумнел.

Тёплые мысли.
Поезда на последней станции,
И для разбегов о стену всё ещё смел.

Тем смешнее, чем дальше.
И радость от глупости.
И даосы рукоплескают в душе.

Иногда кривит от фальши
и эмоциональной скупости.
Как от романа, что целиком - большое клише.
Динозавры

Напиши мне стишок

"Напиши мне стишок".
Оседлавший дракона,
Полный злата мешок
(Обобрал леприкона),

Он вернулся из дома
И просил очень тихо:
"Нарисуй мне барашка.
Напиши мне стишок".
Collapse )
Динозавры

Астрид Линдгрен "Пеппи в стране Веселии"

Оригинал взят у zloy_zhake в Астрид Линдгрен "Пеппи в стране Веселии"
"Анника стояла в пижаме у окна и глядела на домик Пеппи.

— Гляди, я вижу Пеппи! — радостно воскликнула она.

Томми тоже подошел к окну. В самом деле, теперь, зимой, когда деревья стояли голые, виден был не только домик Пеппи, но и она сама сквозь кухонное окно.

Пеппи сидела у стола, уткнувшись подбородком в скрещенные руки. Сонными глазами следила она за прыгающим пламенем свечи, стоящей перед ней.

— Она… она очень одинока сейчас, — сказала Анника дрогнувшим голосом. — Ой, скорей бы наступило утро, и мы бы пошли к ней.

Так они стояли у окна и глядели на снег. Звезды светили над крышей виллы «Курица». Там живет Пеппи. Она всегда там будет жить. Как это замечательно! Пройдут годы, но Пеппи, Томми и Анника не станут большими. Конечно, если чудесные пилюли не утратили своей силы! Настанет новая весна, а потом придут лето и осень, и снова наступит зима, а они все будут играть и играть. Завтра они построят снежный дом и соорудят лыжный трамплин с крыши, а когда настанет весна, они заберутся на старый дуб, на котором растут бутылки лимонада, и будут играть в секлетаря, и будут кататься верхом на лошади, будут сидеть в чулане и рассказывать друг другу разные истории, снова поедут в страну Веселию и встретятся с Момо, и Моаной, и со всеми остальными негритянскими ребятами, но из всех путешествий они всегда будут возвращаться назад домой. Да, знать, что из всякого путешествия можно вернуться домой, очень-очень приятно.

— А Пеппи всегда будет жить в вилле «Курица»! — сказала Анника.

— И если она поглядит в нашу сторону, мы помашем ей рукой, — добавил Томми.

Но Пеппи глядела сонными глазами на пламя.

Потом она задула свечу."
Динозавры

Джордж Мартин "Игра Престолов"

Оригинал взят у zloy_zhake в Джордж Мартин "Игра Престолов"
"...
– Позволь мне дать тебе кое-какой совет, бастард, – сказал Ланнистер. – Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.
Джону было не до советов.
– Ну что ты знаешь о том, как чувствуют себя бастарды?
– Любой карлик – бастард в глазах собственного отца.
– Но ты законный сын своей матери, истинный Ланнистер.
– Неужели? – с иронией отвечал карлик. – Скажи это моему лорду отцу. Моя мать умерла, рожая меня, и он никогда не испытывал уверенности в этом.
– А я даже не знаю своей матери, – проговорил Джон.
– Вне сомнения, она была женщиной. Как и все они. – Он одарил Джона скорбной улыбкой. – Запомни это, мальчик. Всякого карлика можно считать бастардом, но бастарду не обязательно быть карликом!.."